Запоздалое раскаяние

В военном суде рассматривается дело двух офицеров, не оказавших сопротивление во время июньской террористической атаки в Актобе

На снимке: ворота части после событий.

* Офицеры спасались от террористов в нужнике

* Погиб, стал бы героем

* Кто уничтожил улики? 

В четверг, 22 декабря, в военном суде Актюбинского гарнизона майор  Каиргали УРАЖАНОВ признал, что нарушил устав и не оказал должного сопротивления террористам.

Офицеры спасались от террористов в нужнике

Суд над двумя майорами - Каиргали УРАЖАНОВЫМ и Кайнарбеком ТАСТАНБЕКОВЫМ - начался в среду, 21 декабря.

Офицеров обвиняют в неоказании сопротивления террористам по статье «Нарушение уставных правил несения службы».

Во время несения дежурства по войсковой части №6655 5 июня 2016 года, они вместо положенного применения табельного оружия и немедленного открытия огня по террористам, спрятались в туалете.

В обвинительном акте говорится, что оба майора вели себя как сторонние наблюдатели: когда нападавшие на автобусе врывались на территорию части, они следили за ними по мониторам. И, опасаясь за свою жизнь, не отдали команду дежурным по подразделениям, как положено по уставу, закрыть входные двери в казарме на запоры; не открыли огонь по нападавшим из табельных пистолетов. Без единого выстрела они сначала спрятались в туалете, а потом сбежали оттуда, выпрыгнув через окно.

На первом дне суда подсудимый майор Уражанов заявил, что признаёт свою вину частично. Но уже в четверг, 22 декабря, опустив голову, сказал, что виноват целиком и полностью. Свою трусость он объяснил быстротой развития событий.

- Я подумал, что  террористы заняли всю часть, и стал отступать. Я не снимаю с себя ответственность, с пистолетом Макарова, я бы их никак не остановил.  

Погиб, стал бы героем

- В ходе расследования мне так и сказали, если бы ты погиб, то сейчас бы героем был, - вторил ему не признавший свою вину Кайнарбек Тастанбеков.

Он недоумевает, почему никакой ответственности не понёс командир части.

А заодно не соглашается с тем фактом, что прятался от террористов в туалете.

- По материалам дела видно, что полиция спокойно преследовала автобус захваченный террористами от магазина «Пантера» до самой воинской части. Они следовали за автобусом, ничего не предпринимая. У полиции было время, оповестить нас. Нам бы 2 минут хватило, чтобы занять оборону и расстрелять террористов прямо в автобусе. Но нам полицейские ничего не сообщили.

Кто уничтожил улики?

Тастанбеков ссылается на другие доказанные факты из материалов дела. К примеру, было установлено, что видеозапись нападения террористов на воинскую часть кто-то сознательно подчистил.

- Пропали несколько записей с видеокамер, - рассказал в суде Тастанбеков.

- Это не просто мои слова, экспертиза установила, что записи стёрли умышленно. Подозреваемых в этом даже проверяли на детекторе лжи. А на этих видеозаписях были все мои действия: как  я отстреливался, как я принял бой и никуда не убегал!

Так же по странной случайности, на второй день после нападения, когда уже шло расследование, пистолет Тастанбекова с которым он был 5 июня на дежурстве… отдали другому офицеру. Новому владельцу приказали тут же почистить пистолет.

- А ведь на оружии были следы выстрелов, которые я делал! Их, получается, умышленно уничтожили, отдав моё оружие другому. То есть уничтожили доказательство моей невиновности, - заявил Тастанбеков.

Его адвокат Станислав НИКИФОРОВ заявил о том, что суд только начался, а уже ведётся с нарушениями.

- В деле есть два засекреченных тома. Адвокаты не могут с ними ознакомиться. В этих томах, существенные для дела документы. Допуск к ним должен дать ведущий процесс судья. Но он его нам не дал, - подчеркнул адвокат.

- Помимо этого языком, на котором будет идти  процесс, выбран русский. Значит, по закону судья и прокурор должны свои вопросы свидетелям и подсудимым задавать на русском языке. Они это делают на казахском. А потом переводчик переводит на русский.

Напомним, дело рассматривает  военный суд Актюбинского гарнизона, судьей по этому делу назначен Шынболат КАДИРОВ.