Шоколад для «клеща» и «батона». Семь часов на Москве-реке с членами сборной России по рыбной ловле

— Я попробую клеща сегодня половить, — многократный чемпион России, чемпион Европы, вице-чемпион мира в личном зачете Сергей Федоров погрузил в огромное ведро что-то вроде миксера, и над Москвой-рекой в районе Марьина поплыл запах печенья.


Клещ — это лещ на фольклоре членов сборной России по спортивной рыбной ловле. Водится в данном водоеме с карпами, «мерзкой» уклейкой и плотвой, которая у чемпионов тоже не плотва, а по какой-то уже канувшей в воду причине — батон.


— А это вот у нас конопля, ну не та, которая запрещена, — помахал передо мной пакетиком чемпион России и коллега Сергея по команде Allvega Вячеслав Борисов. Было 8 утра пятницы — последнего тренировочного дня накануне Кубка Москвы по поплавочной ловле. Мастера спорта международного класса уже давно вонзили в берег свои шикарные посадочные места, или «ящики» (пара тысяч долларов каждое), и растянули на 13 метров разрешенной длинны удочки, больше похожие на опрокинутые мачты. Как только в ведрах завертелась прикормка, местные жители в кустах правее начали собираться восвояси — тут теперь уже все равно ловить нечего, да и на работу пора.


Слава готовит прикормку. Фото: Алла Гераскина / «Новая»


— Коноплю любят, да, особенно плотвичка, — перебирая в ведре руками, щурился от уже шпарившего солнца Сергей. — Это достаточно мирные карповые рыбы, любят травку там всякую кушать. А здесь видно есть какие-то полезные для них вещества…


Еще добавляем бисквитика — здесь у плотвы с лещом похожие вкусы, уважают ванильные запахи, карамельные.



Даже вот шоколад чистый сыплем, — разорвался очередной пакетик, я проглотила слюну. — Рыба, как человек, — любит сладкое, не любит, когда ее обижают, тревожат. Карпы любят забродившие зерна. Они падают в воду, проходит какая-то ферментация, вырабатываются спирты. Животные же тоже подбирают гнилые фрукты. Допинг.


Сегодня Сергей тестировал экспериментальную смесь прикормок. Перебрать руками «стартовый замес», просеять, чтобы удалить крупные фракции, добавить земли.


— Меня на России во втором туре только земля спасла — у Лехи смоленского, который двух лещей поймал, еще и плотва клевала сериями. Я взял земли, мотыля туда, полпузырька «Бигфиша» залил и вот этими шарами забросал все. Через 7 минут Леху на 40 минут выключил.


Десерт отправляют в воду в стаканчиках. Фото: Алла Гераскина / «Новая»


На России Славу спасла французская земля.


— Обычная земля, кстати. Просто упакована, чтобы не копать, — уточнил Сергей, открывая очередной пузырь с еле уловимым запахом банана — усилитель аромата. Чем теплее и грязнее вода, тем лить надо больше. Москва-река «чистотой не отличается». — Представляешь, из Франции везли землю, чтобы ее взять и в воду выкинуть потом. А наши нет, не производят.


Потом еще немного почернить смесь — чтобы рыба не боялась светлых пятен («Ну да, мы, как художники, рисуем свой «Черный квадрат»). Добавить сироп — рыба плывет на сладкое и расстраивается, когда не чувствует вкуса. И можно переходить к мясу.


— Так, достаем братскую могилу… — и развернулась газетка с копошащимся красным месивом, и месиво посыпалось в баночку-сечку из магазина кухонной утвари. Сечка сломалась, и Сергей засунул в банку огромные ножницы. Я сглотнула снова.


Съесть аккуратно скатанные, похожие на пирожное «картошка» шары уже не хотелось. Впрочем, пришла пора отправлять их по адресу — соревнования начинаются в десять, шары закидывают в воду за десять минут до начала ловли. Сначала «накрывают стол», кидая с руки. Потом — десерт, что точечно опускается в воду с длинной палки со стаканчиком на конце.


Плотва пошла почти сразу. Жирная, граммов на 400: «Вот ради таких красавиц здесь и сидим».



Быстро расшифровался термин «мерзкая» — рыбешка размером с указательный палец тоже присела к столу. А на соревнованиях победителя определяют по весу улова. В прошлом году чемпион Европы и многократный чемпион России Илья Якушин выловил почти на том же месте 33 кг — абсолютный рекорд из отборных лещей.


Сергей кидает прикормку. Фото: Алла Гераскина / «Новая»


— Вкусно поест, плюс аттракцион у нее будет — посидит немножко в темнице, — Сергей снял плотву с крючка и плюхнул ее в огромную, уходящую в воду сетку. — Мы рыбу не мучаем, отпускаем, это спорт все-таки. Она уже на этом месте поумнела — чувствует вес крючка и бросает насадку. Говорят, что у рыбы память короткая, но запоминает она. Кому охота снова в темницу. В Европе никто не ест рыбу выловленную. У нас тоже это отживет скоро. Просто пока люди голодные, но это считается неправильным. Вот местный сидел справа с утра — всю рыбу отпустил. Люди стали более гуманными и продвинутыми.


— А рыбу вообще можно есть из Москвы-реки?


— Можно, только отравишься.


Старший тренер сборной России по поплавочной ловле Сергей в рыбалке с 1983-го. Был рыбаком отец, мама работала в системе «Рыболов-спортсмен» — пошел попробовать и остался. Выучился «на электронщика», был вытеснен из бизнеса китайским товаром и вернулся к истокам. Сейчас производит корм, удочки и прочую снасть под одноименной с командой маркой.


Фото: Алла Гераскина / «Новая»


— Молодежи в наш спорт идет все меньше. Те же приличные затраты не каждый тянет. Удочка среднего класса стоит тысяч 50. К ней еще надо докупать всякие причиндалы. Плюс «ящик». Все вместе выходит до 300 тысяч. Федерация иногда спонсирует поездки, если есть спонсоры, а если нет — извините.


— Звания как-то премируются?


— Ну, 10 тысяч рублей один раз дали… Коммерческие турниры у нас не проводятся, хотя нам никто не мешает их проводить. Но проблема и с водоемами, на которые можно было бы пригласить зрителей. Москва-река так застроена, что не везде можно посадить кучу народа в одинаковых условиях. Еще и заборы начинают строить вдоль воды. Есть Гребной канал в Крылатском, но просто так туда не пускают — водоем стал коммерческим, вода принадлежит одному, суша — другому.


— Да! Я поправился! Фидерный спорт дает о себе знать, — согласился с уже час наблюдавшим за рыбалкой чемпионом Москвы по спиннингу, а после травмы руки просто «продвинутым рыболовом» Михаилом прибывший на тренировку рекордсмен Илья. —


Очень много кушать надо, а то батарейка на пятом часу садится, и можно с «ящика» рухнуть.



Илья учился рыбачить в Лефортове на прудах — с бабушкой. А где-то в 92-м начал настраивать музыкальный центр, который подарили родители. И поймал по радио передачу «Рыбный день». В передаче всех приглашали на соревнования в Строгино… Поступил в университет МВД — отучился на следователя, но быстро вернулся на круги своя. Совмещать спортивную рыбалку и сторонний бизнес сложно. На днях сборная выезжает на чемпионат Европы в Ирландию. Через две недели — клубный чемпионат мира на водоемах Хорватии. Ближе к августу — чемпионат России в Самаре. В начале сентября — чемпионат мира среди национальных сборных в Сербии. С деньгами на поездки немного помогает федерация, остальное — за счет совместного бизнеса с Сергеем.


Сергей и лещ. Фото: Алла Гераскина / «Новая»


— В 1998–1999-м на международных турнирах мы занимали почетное третье место с конца. Как лунатики приезжали — не знали культуры ловли, техники, вообще ничего. На нас европейцы как на неандертальцев смотрели. Мы могли рыбу на крючок повесить и на весы безмены. А рыбе же больно. В Финляндии, например, на зимних соревнованиях рыбу надо убить, если поймал, чтобы она на льду не умирала медленно… В 2008-м выиграли Европу в командном. Сейчас претендуем на медали, но не хватает стабильности. Есть ведь и нюансы — мы привыкли, например, плотву с подлещиками ловить, испанцы или англичане — карпов на рыбхозах. В поплавке мы не фавориты, но в нас чувствуют конкурентов. А по мормышке зимней Россия неоднократно становилась чемпионом мира.


В спортивной рыбной ловле порядка 18 дисциплин. Поплавочная, на донку, на спиннинг, серфовая, карповая, морская подводная охота… У каждой — свой чемпионат. Раз в четыре года проводятся Всемирные рыболовные игры — аналог Олимпийских. В сборную спортсмены попадают по итогам кубка и чемпионата России. Сначала остаются три команды, занявшие места с первого по третье, — по 15 человек. Из 30 в течение 6 отборочных туров выбираются шестеро. Ловят пятеро, один запасной.


— Самая популярная дисциплина в Европе — поплавочная. Но в России наш подвид — штекерный — не так развит, потому что это дорого и физически тяжело. Фидерная рыбалка более демократична, хотя там тоже удочек вагон, но не надо мерить глубину и трубу такую иметь. Это очень популярный вид спорта — на чемпионате России в том году было аж 150 человек. Вообще, если есть желание, можно за год научить рыбу ловить. Но таких людей мало, и никто их специально не ищет. Мы с «Росохотой» решили сделать занятия, дали объявление в газете, рекламу на выставке — пришли четыре человека. Из них двое детей сотрудников — девочки сидели, единорогов рисовали.


Подведение итогов. Фото: Алла Гераскина / «Новая»


…Мы ловили уже 2 часа 50 минут. На «ящике» висели часы — соревнования идут четыре. «Ох, хорошо, но воняееет!» — закричал посреди реки спрыгнувший с мини-катера мужик.


— В принципе во всех крупных мегаполисах и рыбы много, и вода грязная, — проводил глазами пакет из супермаркета Илья. — Мы и в Сене ловили, прямо в центре Парижа, — там еще грязнее. Все отходы города все равно попадают в воду. Там у Сергея Владимировича женские чулки однажды клюнули.


Было 33 градуса, над застывшей неподвижным зеркалом водой плыла жара.


— Рыбалка — это смысл жизни, — то и дело тягая левой огромную «мачту», объяснял мне Слава.



Слева, в коротких промежутках между поклевками, чуть заметно поводил плечом коллега — через несколько дней записан на МРТ. — Это и удовольствие, и работа тяжелая, и бизнес. Медитация — это не про нас. Знаешь, когда лещ сходит на соревнованиях, нервная система очень страдает. Но иногда такого подлещика поймаешь, аж ручки трясутся — адреналин, дух захватывает.


А потом наконец закричал Сергей.


— А ты спрашивала, почему ждем лещей! А? Хорошенький?!


И огромная пучеглазая хорошенькая рыбина плюхнулась на часик в садок, а Сергей уже докладывал товарищам: взял прикормку, домешал земли, добавил немного мотыля и «Бигфиша», два белых опарыша и один красный, поменял поводок с 20 см на 25. Это и есть спорт — почуять и подобрать. И суметь сыграть в команде.


— Когда выпьете с мужиками, тоже показываете размеры руками?


— Конечно, показываем. В принципе это сводится к тому же «кто круче», только официально. Это испокон веков в крови у мужчин. Кем лучше быть в мужской компании — лучшим плиточником или рыбаком, а?




В три часа дня наша почти мужская компания лежала под крутым спуском к Москве-реке. Дополнительно нервировать рыбу взвешиванием не стали, определили на глаз — 8–9 кг с точки. Орущие чайки глушили разбор полетов и заготовок на завтра:


— Три «плотвы», одна «копра», одна эссенция, полкило бисквита, полкило конопли… Закатал 12 мясных мандаринов…


— Больше всего понравилось ловить на тяжелый поплавок… Странно, что окуни сегодня клевали на опарыша.


— Вообще уже озверели…


В выходные на Кубке Москвы команда Allvega заняла третье место. «Провалили» первый день, но стали лидерами во втором. Если захотите посмотреть — в сентябре в Марьине начнутся отборочные туры к разнообразным соревнованиям. Попробовать? Для того чтобы идти на окуня, надо 3 кг прикормки и 300 граммов мотыля. Ах да, мотыль — это личинка комара, опарыш — мухи. В тандеме — «бутерброд». Насыпается прикормка, добавляется вода, ароматизаторы. Вся технология есть на упаковках. «Можно ловить и с обычной бамбуковой удочкой», — добавляют мне и улыбаются. Немного ехидно.


Источник: “https://www.novayagazeta.ru/articles/2019/06/20/80965-shokolad-dlya-klescha-i-batona”